Whitetiger1993
Это переводилось для мое любимой Ализеи)

Название: Плюс один
Переводчик: Whitetiger1993
Бета: fandom Suits 2013 :heart:
Оригинал: “Plus One” by Pookaseraph, разрешение на перевод получено
Ссылка на оригинал: archiveofourown.org/works/457393
Размер: мини, слова 3727
Пейринг/Персонажи: Харви Спектр/Майк Росс
Категория: слэш
Жанр: романс
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Получив приглашение на свадьбу, Харви переоценивает свои отношения.

Майк был совсем не таким хитрым, каким себя считал, так что Харви узнал практически мгновенно: они с Донной что–то задумали. Что бы ни планировалось, начали они еще до обеда, и было это связано с фактическим отсутствием Донны за своим столом. Единственная причина, по которой она могла уйти, – это заговор с Майком, и подозрения Харви подтвердились, когда по возвращении Донна невзначай упомянула совместный обед Харви и Майка. Харви не стал спрашивать; до ближайшей важной вехи отношений, которая могла было бы послужить основанием для такого обеда, было еще далеко.
Харви также заметил, что Майк явно нервничал, а так как он не работал ни над каким серьезным делом, Харви не видел оснований для дерганий и подхалимажа, так что просто недоумевал.
И все же они оказались в уединенной кабинке ресторана, сев настолько близко друг к другу, насколько это вообще возможно для двух коллег на рабочем ланче.
Они заказали напитки, а затем блюда. Рядом с умиротворенным Майком, прижавшимся к нему бедром, Харви разрешил себе немного насладиться покоем. Он никогда бы не подумал, даже несколько месяцев назад, что способен получать удовольствие от таких вещей. Но теперь, когда Майк вписался в еще одну грань жизни Харви, он не мог позволить ему уйти.
Тем не менее, пока длилась льстивая тишина, обед затянулся.
– Ладно. Выкладывай, а то я отправлю тебя на съедение Луису.
– Ты этого не сделаешь, – чертовски уверенно ответил Майк. С получением привилегий малыш стал нахальным. Харви предполагал, что это будет естественным последствием его обращения с парнем, как с бойфрендом.
– Но поскольку ты попросил настолько любезно…
Харви усмехнулся, но взгляд его поблек, как только он увидел конверт, который Майк вынул из внутреннего кармана пиджака. Это было приглашение на свадьбу Уильяма Спектера и Джоанны Лансинг.
– Донна, – бросил сквозь зубы Харви и принял карточку и письмо с аккуратным тиснением. – Нам придется поговорить о личных границах и об использовании моего бойфренда в качестве рычага давления.
– Харви, я знаю, что у вас обоих были свои проблемы, но он твой отец.
Майк смотрел на него глупыми голубыми глазами, и Харви не мог слишком сильно сердиться на него. Они были смертельным оружием.
Харви никогда не считал себя восприимчивым к эмоциональному шантажу, но под пристальным взглядом Майка пытался подобрать слова, чтобы действительно объяснить, а не заткнуть его. Майк на самом деле только в общих чертах знал, что за проблемы лежат между ним и отцом, и Харви противно было даже подумать, что ему придется изменить это. В причинах своей слабости он винил тот факт, что Майк очень сексуальный и любит обниматься. Это было убийственное сочетание. Иногда они даже разговаривали о своих чувствах... Да какого хрена? Когда он озаботился этим вопросом, то обнаружил, что уже подхватил последнюю стадию моногамии и не слишком–то хотел исцелиться.
– Отец не свыкся с мыслью, что моя мать изменяла ему в течение довольно продолжительного времени, – начал Харви, пытаясь дополнить рассказанную раньше достаточно поверхностную историю. – Мы с Крисом оберегали его, пока он … ходил на свидания.
Майк знал его достаточно хорошо, чтобы услышать эвфемизм.
– В конце концов, он встретил ее.
– Джоанну Лансинг? – спросил Майк и взял приглашение, пробегая по тиснению большим пальцем, хотя Харви был уверен, что тот давно запомнил каждую деталь. – Ну, так что с ней не так?
– Она на семнадцать лет моложе его!
В случае Харви это означало, что она всего на восемь лет старше него самого и это, конечно же, «фу».
– Ага, – сказал Майк мгновение спустя, – мужчины в возрасте совершенно не привлекательны.
Теперь он насмехался над боссом.
– Ты должен серьезно к этому подготовиться, ведь мы движемся как раз по такому же пути.
Харви сердито посмотрел на него. Двенадцать лет между ним и Майком были совершенно другим делом. Во–первых, Харви не имел детей. Во–вторых, их разница в возрасте была естественным последствием того, что никто больше не подошел Харви так, как Майк. Он был моложе, но это в действительности ничего не значило, ведь они с легкостью находили общий язык на работе и идеально дополняли друг друга в жизни.
– Ты только что сказал, что теоретически мой отец очень даже «привлекательный»? – спросил он.
– Поинтересовался человек, который спрашивал, была ли моя бабушка сексуальной. – Майк протянул руку и сжал ногу Харви чуть выше колена. – Я просто хочу сказать, что это не оправдывает тебя, когда дело касается симпатии к молодым людям.
Харви изо всех сил старался не так активно ворчать на точку зрения Майка, особенно когда тот решил подчеркнуть ее рукой на бедре, пробегающей то вниз, то вверх. Только потому, что он был самым лучшим в Нью–Йорке чертовым закрывающим, не означало, что он не хотел бы иметь этот основной источник привязанности на своей стороне. Майк носил его сердце в рукаве, он чувствовал все, и по тенденции точно знал, когда Харви нуждался в утешении. Даже если сам Харви об этом не подозревал.
– Я просто думаю … это с ним случается из–за умных. Это всегда было его слепой зоной, а Джоанна умная. – Харви было больно признавать, но она была умелой и предприимчивой. Его мать, которая была такой же великолепной, всегда опиралась именно на это, никогда в действительности не примеряя на себя никакие статусы, кроме, может, «жены доктора», и очень редко пробуя себя в роли «матери», но ни одна из них не удавалась ей особенно хорошо.
– Ммм… – протянул Майк с неуловимо жалостливой ноткой, хотя и выглядел больше довольным, чем понимающим. – Так тебя беспокоит именно это? Сандра Спектер, раунд второй?
– Они вместе уже больше четырех лет. Ее нельзя быстро оценить, но … отец сделает все что угодно, купит ей любую вещь. Мать всегда пользовалась этим.
Насколько Харви мог сказать, его мать если и любила отца за что–нибудь, то только за деньги, никогда не испытывая реальной привязанности. Последовавший за этим тяжелый развод заморозил все их ценные вклады и почти полностью уничтожил счет с деньгами на обучение Харви. Если Харви и смог простить свою мать за иллюзию брака, то только потому, что в конце концов они развелись.
– Получается, ты беспокоишься, что она с ним ради долгой аферы?
– Отец покупает женщинам подарки, это его способ выразить привязанность. Мать пользовалась этим, и Джоанна пользуется, а люди вроде моего отца привлекают тех, кто хочет блеска. Это подходит для отношений на одну ночь или неделю, но точно не для чего–то долговечного.
Харви твердо стоял на своем. Его отец всегда показывал свое расположение таким способом – подарки и игрушки вместо личного присутствия, и поначалу это причиняло сильную боль, когда Харви был моложе. Но, в конце концов, он сумел прочитать между строк, что это его способ заботы.
– Ты думаешь, Джоанна на самом деле не любит твоего отца и остается с ним только из–за его сексуальной зарплаты кардиохирурга?
Харви скептически посмотрел на него, всем своим видом говоря «само собой». Майк был слишком хорошим адвокатом, чтобы задавать глупые вопросы. Даже если он продолжал поглаживать бугорок на штанах Харви, это был всего лишь правильный способ утешения.
– Думаю, из этого следует, что я высокооплачиваемая шлюха, Харви. Только на этой неделе я отчетливо помню… поездку по городу на Астон–Мартине, ужин в новом ресторане, Рене, пристающую ко мне из–за обновок в осеннем гардеробе, запонок и нового велосипеда. И это всего неделя, – Майк пихнул его коленку своей. – И Луис временами намекает, что я шлюшка, но я бы обиделся, если бы мой бойфренд так думал.
– Это другое, – Харви сделал глоток воды, все больше раздражаясь. – Я покупаю тебе приятные вещи, потому что ты жил бы как монах, который принял обет бедности, если бы я не взял тебя с собой.
– Лучше, чем обет целомудрия, – ответил Майк.
– Ты со мной не из–за Астон Мартина.
– А Джоанна?
– Да брось! Мой отец работает сверхурочно, не умеет открыто проявлять свои эмоции и все, что в нем может нравиться, это его деньги и тот факт, что он почти не стареет.
Харви любил своего отца, на самом деле любил, но это было правдой. Ему не оставалось ничего другого, кроме как воспитывать Криса, когда их отец разорвал все связи после развода. Тот не проявил никаких эмоций.
– Вау, – сказал Майк. – Просто вау. Никто не влюбится в эмоционально–ущербного, но все еще привлекательного мудака... скажем, никогда?
Майк подтвердил свою точку зрения еще одним сжатием колена Харви.
– Я не говорю, что она не охотница за его состоянием, но задумывался ли ты над сумасшедшей возможностью, что они любят друг друга?
Харви действительно почти не размышлял об этом.
– Любовь, да?
– Знаешь ли, такое случается.
Майк посмотрел на него выжидающе.
– На самом деле, единственная проблема, вытекающая из эмоциональной ущербности некоторых идиотов – это то, что подчас они не могут ответить на чувства.
Харви чуть было не проникся моментом и не ляпнул что–то невероятно сопливое, но вместо этого сердито уставился на Майка.
– Я повел тебя на концерт, где мои уши истекали кровью.
– Просто скажи это, Харви.
– Да, да.
Харви покачал головой, но накрыл своей рукой руку Майка, которая лежала на его колене, и сжал.
– Я люблю тебя... Иногда, когда ты не самый худший бойфренд в мире.
– Я при любых обстоятельствах лучший бойфренд, это обжалованию не подлежит. Но… тебе, вероятно, стоит изменить прежние предпочтения к женщинам, которые хотят быть с тобой только из–за твоего образа жизни, в противоположность твоему отцу.
– Ты встречаешься со мной только из–за моего образа жизни, Майк?
Майк, казалось, обдумывал ответ, пережевывал его так же тщательно, как он делал это с едой.
– Миллион часов в рабочей неделе, постоянные чрезвычайные ситуации, второй руководитель, который думает, что я проститутка, а он мой сутенер? О да, Харви, твой образ жизни рулит.
– И нет никаких бонусов? – спросил Харви.
Не то чтобы он по–настоящему сомневался в том, что Майк любит жизнь, которая помогла Харви заполучить его. Может, совсем немного.
– Ну … есть там один мужчина… – ответил Майк, постепенно замолкая. – Довольно красивый, мудак, приглашает меня на обеды, великолепен в постели… и он любит меня. Так что это стоит того.
– Отлично.
Харви рискнул и обнял Майка за талию. Жест скрывал стол, но все равно это было гораздо больше того, что они обычно позволяли себе в общественных местах.
– У меня есть новость из достоверного источника – он тоже тебя любит.
Харви наклонился достаточно близко, чтобы его нос дразнил кромку уха Майка дыханием.
– И ты можешь сказать моему настырному секретарю–референту, что я подумаю о поездке на свадьбу.
– Стану ли я твоим «плюс один» в приглашении?
А вот это уже была совершенно другой вопрос.
Харви игнорировал проблему ненадежного приглашения на свадьбу, пока не вернулся домой с работы. Майк последовал за ним только через два часа, после того как разгреб последний беспорядок оставленный Луисом. Майк подошел к дивану и взял тщательно оберегаемый бренди Харви, прежде чем очень удобно того оседлать, а затем сделал глоток.
– Будешь закатывать глаза, если я скажу, что очень хочу горячие бутерброды с сыром на ужин? – спросил Майк.
– Да, – подтвердил Харви, но скользнул рукой по талии Майка, а затем притянул его для поцелуя. – Но мы все равно можем их сделать. Хочешь начать сейчас? Я должен сделать один телефонный звонок.
– Добро пожаловать домой, Майк. Я знаю, что ты работаешь больше, чем я, но я просто хочу, бродить вокруг тебя весь день.
Майк закатил глаза и провел губами вдоль челюсти Харви.
– Извини, ты спутал меня с кем–то кому не все равно? – уточнил Харви, широко улыбаясь Майку. Это было легко, это было комфортно, и у Харви получалось делать вид, что его безразличие – это единственная вещь, которая удерживала его от бегства. Все остальное было идеально.
Майк отплатил ему, прикусив мочку уха, и они оба начали смеяться, затем Майк направился обратно в спальню, чтобы вылезти из костюма и переодеться во что–нибудь более удобное. Харви не стал ждать Майка и схватил свой телефон и гарнитуру, когда вытащил все, что потребуется Майку для ужина, включая томатный суп, который Харви ненавидел, но его любил Майк, потому что все это было... успокаивающе, что ли. Он наконец нажал кнопку быстрого набора на телефоне и ждал, подключая панини–пресс – потому что если он собирался есть гребаные сэндвичи с жареным сыром, то они должны быть хотя бы смутно похожи на вкусное блюдо..
– Уильям Спектер. Кардиология.
Голос отца был, как всегда, властным и представительным. Иногда было трудно поверить, что у этого мужчины на самом деле есть более мягкая сторона, но Харви запомнил его сразу после развода, он знал своего отца, знал, что он был немного ранимым и нуждался в его защите.
– Привет, пап.
Харви ждал.
– Харви?
Видно, он и не надеялся.
– Чему я обязан удовольствием?
Что бы ни собирался сказать Харви, его прервал Майк, выходящий из спальни. Покачивается, айфон прицеплен к поясу, одет нелепо: в случайные джинсы и изрисованную футболку группы, о которой Харви никогда не слышал.
– Я… – Харви подумал, что его мозги могут вытечь из ушей. – Я получил приглашение на вашу свадьбу.
– Харви. у меня был тяжелый лень.
Тон его отца ясно говорил о чьей–то возможней смерти или, по крайней мере, особенно напряженном времени в хирургии, и он знал, что его отец ожидал боя и, должно быть, проклинал ту минуту, когда позволил Джоанне послать это приглашение.
– У меня тоже, – Харви лгал. – Это…
Харви не знал, как это сделать. Забота была проклятьем, он бы даже не беспокоился об этом, если бы не Майк. Майк, который качал головой в ему единственному известном ритме мелодии, нарезая буханку хлеба, и заставлял Харви беспокоиться за целостность его пальцев.
– Она делает тебя счастливым?
– Что? – спросил его отец, даже не пытаясь скрыть неверие в голосе. Харви допускал, что заслужил это.
– Делает ли Джоанна... меня счастливым? И все?
– Я оставляю за собой право обратиться к тебе с последующими вопросами, но да, это все. Она делает тебя счастливым?
Он ждал, наблюдая, как Майк танцует по кухне, как–то умудряясь снимать верхний слой с супа и не проливать ни капли, перед тем как перелить его в кастрюлю, которую Харви поставил на плиту.
– Тогда да, Харви, она делает меня счастливым.
На другом конце на мгновение замолчали, и Харви позволил себе кивок, пытаясь довольствоваться этим. Отец в конце концов добавил:
– Она уже очень давно делает меня счастливым.
Обвинение в словах отца было очевидно, но Харви не был бы бесчувственным юристом, если бы позволил словам отца как–то себя задеть.
– Хорошо.
– Хорошо? – спросил отец. – С тобой все в порядке, Харви?
– Да, – уверил его Харви. – Все отлично, просто готовлю ужин.
Майк продолжил двигаться по кухне под музыку, оставил панини подогреваться, заканчивая все остальные дела.
Харви обнял Майка, останавливая его и не давая ему продолжать танцевать по кухне. Он прижал подбородок к плечу Майка, и они оба стали лениво двигаться в такт музыке, пока Майк работал. Харви не мог представить себе ничего столь же совершенного, как его гениальный идиот, покачивающийся в его объятьях в процессе готовки. Он чувствовал себя невероятно счастливым.
– Не то чтобы я не в восторге от демонстрации великодушия, но что именно его вызвало?
Голос отца выражал неприкрытое подозрение, и Харви решил, что оно не было таким уж необоснованным. Его отец знал его в течение очень долгого времени, и Харви вел себя... нетипично, если не сказать больше.
– Мне просто недавно напомнили, что... мы очень похожи, – сказал Харви, зная, что отец точно поймет, что он имеет в виду: свидания, подарки и другие нелепости, которые Уильям привык считать заботой. – Так что мне посоветовали дать вам время.
– Кому я должен за это корзину фруктов? Джессике или Донне?
Харви засмеялся.
– Донна была одна из тех, кто вмешался, – признался он. – Кстати, классный ход – послать приглашение в офис.
– Идея Джоанны.
– Умно, она знает, какой могучей силой обладает секретарь над старшим партнером.
Харви позволил себе в этом признаться: Джоанна всегда знала, как играть в эту игру, и Харви всегда имел претензии к ней по этому поводу. Ее мастерство в этой области всегда заставляло Харви беспокоиться, что Джоанна играла и с его отцом.
– И все же она помогла.
Харви, еле касаясь, обвел контур уха Майка и вытянул наушник. Майк на мгновение отвлекся и посмотрел через плечо, нахмурившись, но выключил музыку, поняв, что от него хотел Харви: внимательно прислушиваться к разговору, пусть даже и продолжая заниматься бутербродами.
– Из–за Джессики?
– Из–за… – Харви сделал паузу, провел пальцами по спине Майка и поправил потрепанную футболку, в которую тот был одет. – Из–за «плюс одного» к приглашению. Джессика и Донна не могут угрожать мне отсутствием секса.
Майк фыркнул, достаточно мягко, вероятно, чтобы не быть услышанным на другом конце провода, но потом сделал лицо, как будто он всерьез рассматривает такое развитие событий: могли ли Джессика или Донна приказать ему наказать Харви отказом от секса. Харви показал ему язык.
– Ты с кем–то… встречаешься? – спросил отец. – У тебя с кем–то настолько серьезные отношения, что ты обдумываешь, не прийти ли вам вместе на мою свадьбу?
– Ммм... – и Харви, в непонятном порыве, который он позже назвал бы эмоциональным шантажом, положил руку на бедро Майка и посмотрел ему в глаза. – "Плюс один" всей моей жизни.
Майк заметно растрогался и ответил, беззвучно двигая губами: «Я тоже тебя люблю».
Он будто мог слышать, как в голове его отца на другом конце провода двигаются шестерёнки, как он подбирает адекватный ответ.
– Я понимаю, что у меня отсутствует практика в этом деле, твой брат уже несколько лет счастливо живет в браке, но … должен ли я что–то услышать о ней?
Момент истины. Харви сделал глубокий вдох и посмотрел Майку прямо в глаза.
– О нем.
На другом конце провода было тихо. Харви ждал.
Майку удалось прочувствовать настроение и, очевидно, понять то, что было не высказано. Он тоже ждал, взяв руку Харви и мягко сжав ее, прежде чем прижаться губами к подушечке большого пальца.
– Это что–то новенькое, – произнес его отец, наконец–то нарушая тишину; его тон был робок, будто прощупывающий почву между ними.
– Не совсем, я просто не считал важным упоминать об этом прежде.
Харви старался, чтобы его тон оставался легким, и чтобы не всплыли оборонительные остроты, которые он припас для Джессики и ее обвинений, когда они расскажут ей об их отношениях. Это был его отец, и существовало негласное правило о любви без всяких условностей, наверно.
Майк обвил руки вокруг шеи Харви и расслабился в ожидании, положив голову на его плечо.
Пауза натянулась, но вскоре лопнула кашлем отца.
– Что ж, расскажи мне о нем.
Харви почувствовал, как его настигает облегчение.
– Он адвокат, мы вместе работаем. Он совершенно безнадежен в вопросе моды и едва может подобрать себе костюм. Он умнее меня, хотя ты не подумаешь так, впервые его увидев, и... в один прекрасный день он может стать адвокатом даже лучше меня.
Он отстранился, позволяя Майку вернуться к приготовлению ужина.
– Не то чтобы это мое личное мнение. Джессика думает, что он может победить меня, но... что Джессика может знать?
Он, его отец и Майк – все точно знали, что это значит. Харви не играл в теннис, но он был королем сомнительных комплиментов, и Майк уже давно научился принимать их.
– Он делает тебя счастливым?
Спросил его отец, очевидно, возвращая вопрос сына.
– О да. И … – он улыбнулся, наблюдая, как Майк возвращает наушник на место, включает музыку и возвращается к готовке. – Рядом с ним я чувствую себя моложе.
Отец был умным мужчиной, и он читал между строк.
– Моложе?
– Всего… несколько лет.
– Двенадцать! – сказал Майк достаточно громко, чтобы быть услышанном на другом конце провода.
– Да, да, – согласился Харви. – Заткнись, пока не спалил панини.
Майк прсынул, и Харви мог слышать, как его отец смеется на другом конце телефона, громко, звучно и... удивительно счастливо.
– Яблочко от яблони?
– Может быть. Разве что совсем чуть–чуть, – признал Харви.
– Могу я сказать Джо, чтобы она уже записала вас в список приглашенных? – спросил Уильям, возвращаясь к теме разговора.
Харви думал об этом. Действительно, не было никаких причин отвечать отказом. Наверное, знания того, что Джоанна сделала его отца счастливым и что, может быть – только может быть – женщина, которая делала его счастливым на протяжении четырех лет, по–настоящему любит Уильяма, было достаточно?
– Да, мы будем там.
– Харви плюс один. У него есть имя?
– Майк. Майк Росс.
– Я отпущу тебя, до того как он сожжёт ужин… и поблагодари его от меня. Я буду рад увидеть вас.
Харви кивнул, хотя отец и не мог этого видеть.
– Скажешь ему сам, когда встретишь. Его легко подкупить Red Bull и минимальным проявлением привязанности. А уж если ты обнимешь его, есть вероятность, что он упадёт в обморок.
Он повесил трубку, оставив Bluetooth–гарнитуру на барной стойке, и потянулся к Майку. Майк подался навстречу, и оказались в объятьях друг друга.
– Признай, это было совсем несложно.
– Ничего подобного, – ответил Харви. – Я все еще волнуюсь, что он может пострадать в этих отношениях.
– Может быть, он беспокоится о том же самом.
Майк прижался носом к груди Харви.
– Действительно, ведь я могу быть авантюристом. Я могу играть с твоим сердцем. В последнее время ты странно оцениваешь заботу, Харви.
– Ты плохо на меня влияешь.
– Лучше всех, – заявил Майк.
Харви бы не сказал этого вслух, но он не мог не согласиться. Майк оказывал чрезвычайно положительное влияние, и даже Харви мог видеть это. Он всё чаще и чаще позволял себе испытывать тёплые, светлые чувства, и у него пропали всякие причины бороться с ними. Он и Майк были цельными, и если он с нетерпением ожидал увидеть Майка в смокинге, в его смокинге, то все расходы и были на Харви.

@темы: Suits, Перевод